запустил он пробный шар.
   - Никто и не сомнефается, господин Тулупов, - глядя перед собой, сообщил
  белесый.
   - А чего тогда произвол лепите?
   - Ф чем фы фидите происфол? - пожал плечами белесый и демонстративно
  отвернулся.
   - Ордер на арест где?
   - Никто фас не арестофыфает. Фас приглашали на беседу.
   И больше он не проронил ни слова. Ехали не так уж долго, минут десять,
  машина остановилась перед зданием казенного вида. Нет, пожалуй что, не
  декорация: вывеска соответствующая, у крыльца две полицейские машины, вон и
  полицаи в форме кучкуются... Именно что полиция, судя по вывеске. Почему же
  не прямо в контрразведку, любопытно бы знать?
   Его провели в боковую дверь, в комнатушку, где за столом сидел усатый
  хмырь с сержантскими нашивками. Заставили вытряхнуть все из карманов на
  стол, поверхностно охлопали. Покопавшись в немудреных вещичках, сержант
  извлек из черного чехла приличных размеров перочинный нож:
   - Сачем фам оружие?
   - Да какое это оружие? - пожал плечами Костя. - Это ножичек.
   - А сачем?
   - Колбаски порезать, пиво откупорить...
   - Цифилисофанные люди пифо откупор-ри-фают специальным... - он замялся,
  то ли забыл, как это будет по-русски, то ли сам плохо представлял, как
  зовется та штука, которой откупоривают пиво "цифилисофанные" люди. -
  Распишитесь.
   - Не буду.
   - Поч-чему? Это протокол обыска.
   - А кто вас знает, - сказал Костя, не особенно стараясь обострять, но и
  не стоя навытяжку. - Может,