кто стоял у меня за спиной, не играл. И
  произнес он эти слова не кривляясь, как русский Иван, а вполне серьезно.
  Потому что это был его родной, немецкий язык. И не оборачиваясь, я почуял,
  что в спину мне глядит не только человек, но и ствол. О том, что
  гэдээровские "гренцеры" ребята отнюдь не сахарные и всегда готовы бить на
  поражение тех, кто не выполняет их распоряжений, мы слыхивали. "Залез в
  погранзону!" - подумал я. Это было хреново. Конечно, измену Родине мне так
  просто не пришьешь, но бесед с особистами и замполитами впереди светило
  очень много... Я совершенно четко понял, что сейчас главное - не выступать и
  вести себя прилично. А раз так, то надо было поднять руки, остановиться и
  ждать дальнейших указаний.
   Но тут из-за кустов на дорогу неторопливо вышел человек в форме.
  Разумеется, увидеть кого-то в советской форме я не ожидал. Я ожидал увидеть
  знакомую серо-зеленую - один к одному, как у бывшего вермахта, - форму наших
  меньших классовых братьев. Однако это была совсем не та форма, а какого-то
  иного, никогда не виданного мною в натуре оттенка. Правда, мне такую
  доводилось видеть на одном из учебных пособий... И оружие, которое держал в
  руках этот парень, я узнал. Это был 9-миллиметровый израильский автомат
  "узи" под патрон от немецкого "люгер-парабеллума"...
   Сердце сжалось, екнуло и чуть не застопорилось. "Бундесы!" - только здесь
  я понял, что влип капитально и основательно.
   Плен без войны
   Голова у меня работала плохо. Тот