я.
  Больше-то я ничего в жизни не видел, если по большому счету!
   Но увидел я во сне совсем другое...
   ...Светило солнце, небо было синее и безоблачное, а деревья - огромными.
  А я был очень маленький, потому что рядом со мной шла собака, голова которой
  была выше моей. И еще шла высокая-превысокая женщина, и ветер раздувал подол
  ее платья. Мне было страшно, потому что собака была большая. Но женщина,
  державшая меня за руку, меня не пугала. Это была моя мама. Я чувствовал ее
  запах, запах духов и, кажется, сирени. Собака повернула ко мне свою огромную
  морду и высунула страшный красный язык. Я испытал ужас, хотя, наверное, она
  всего лишь хотела меня лизнуть. Но я заорал, заверещал, а мама взяла меня на
  руки и стала гладить, шепча:
   - Доунт край, доунт край, бэби!
   Странно, но я не удивлялся этому. Я понимал эту фразу так, как если бы
  она говорила:
   - Не плачь, не плачь, маленький!
   В общем, как родную. И сам я тоже лепетал что-то вроде "Мамми! Мамми!",
  но вовсе не удивлялся тому, что говорю с мамой по-английски.
   Мне было тепло, уютно и нестрашно на руках у мамми, то есть у мамочки. Но
  тут что-то щелкнуло и я проснулся. Это было необычно быстрое пробуждение.
  Впечатление было такое, будто я сидел в кино и смотрел фильм, но вдруг экран
  стал белым и зажегся свет.
   - Ты о'кей? - спросил давешний мужик. - Что видел?
   Я рассказал как есть. Ну, хотят ребята знать, что я во сне увидел -
  пожалуйста. Вроде бы во сне я Родину не предавал, не говорил, что Брежнев -
  дурак, а Андропов