азвлечение. Когда прошел месяц наших тренировок,
  которые день ото дня становились все интенсивнее, изощреннее и вызывали все
  большую усталость, число желающих оказывалось невелико. Да и Киска, хоть и
  не отказывала, стала еще более безразличной к сексу, чем ранее.
   Утро начиналось с того, что мы в семь часов вставали и, надев спортивные
  костюмы, бежали на стадион, до которого было примерно полмили, а после этого
  - десять стандартных кругов по стадиону в среднем темпе.
   Пробежавшись, приступали к упражнениям, которые были скомпонованы из
  разных систем гимнастики: йоги, ушу, цигун и еще чего-то. Потом шли
  завтракать в столовую, где был накрыт общий стол на семерых. Далее, чтобы
  дать пище усвоиться, шли заниматься испанским языком. Уже из этого нам стало
  ясно, что предстоит выполнять задачу где-то в испаноязычной стране, однако
  где - об этом мы не знали три месяца. После двух часов в лингафонном классе,
  где роль преподавателя, как почти на всех иных занятиях, выполнял Капитан,
  мы отправлялись на стрельбище и в течение двух часов практиковались в
  стрельбе из разных видов оружия и из самых невероятных положений. После
  ланча начинались тактические занятия. Мы учились захватывать самые разные
  объекты и участки местности до полного изнеможения, а затем топали обедать.
  После обеда нас ждал Комиссар, он вдалбливал в нас коммунистическую
  идеологию. Надо сказать, что мне эта доктрина показалась вполне
  убедительной, хотя, возможно, дело было лишь в том, что