уже не очень помню, за что его повесили. Кое-кто говорил,
  что он ограбил банк в Сан-Исидро и застрелил при этом кассира. Ну, положим,
  банк он действительно ограбил, но никто сейчас не помнит, зачем он это
  сделал. Не верьте тем, кто говорит, будто он просто так ограбил, как все
  банки грабят. Уж я-то знаю, что он сделал это для революции. И поверьте,
  сеньоры, он настоящий партизан. Ведь партизаны грабят банки, чтобы делать
  революцию? Верно? А вы скоро сделаете революцию?
   - Хватит! - утомленный Капитан произнес это резко. - Веди нас к Пересу!
   Старик, услышав в голосе Капитана стальные нотки, заткнул свой фонтан и
  беспрекословно повел нас по пустынным улицам к дому, где на законных
  основаниях дрых старший полицейский Перес.
   Жилище старшего полицейского оказалось грязным двухэтажным строением,
  нелепо громоздившимся посреди двора, заваленного разными предметами.
  Различить, что это были за предметы, было трудно, но вот споткнуться об них
  и расшибиться - запросто. Кроме того, старик Вердуго вдруг стал изо всех сил
  чихать и кашлять. Капитан молча показал старику на автомат, и кашель стих.
  Однако свое черное дело старик уже сделал.
   - Эй ты, старый осел! - услышали мы мощное контральто. - Раскхекался тут!
  Хуан спит и пить с тобой, скотиной, не пойдет! Он и так нализался как
  свинья!
   - Сеньора, - строго сказал Капитан, - нельзя ли потише, черт побери?
   Кончита возникла на пороге с фонарем в руках и внушительной скалкой.
  Массивная, приземистая мулатка