приказ выслать разведку к бензоколонке
  Китайца Чарли.
   Я уже говорил, что узнал об этом гораздо позже. Собрав оружие, наши
  ребята принялись разбрасывать повсюду листовки, которые были размножены на
  ксероксе в мэрии Лос-Панчоса с привезенного вместе с оружием образца. Потом
  Комиссар, выпустив из винного погреба всех, кто еще держался на ногах,
  провел митинг.
   - Граждане Республики Хайди! Первое сражение национально-освободительной
  войны против диктатуры Лопеса выиграно силами революции! - орал Комиссар с
  эстакады для мойки машин. - Тридцать кровавых палачей народа уничтожены,
  захвачено оружие и патроны. Мы будем наносить хунте и не такие удары! Долой
  диктатуру Лопеса!
   - Долой! - заорал Китаец Чарли, единственный трезвый из всех, если не
  считать не слишком пьяных рабочих. Прочие то ли ничего не поняли, то ли
  просто не расслышали.
   - Долой! - еще раз (и намного громче) заорал Китаец, воздевая кверху свой
  пухленький кулачок, увешанный перстнями. Народ безмолвствовал.
   - Ну, что же вы?! - покраснев от натуги, завопил Чарли. - Если сеньор...
  то есть, если компаньеро партизан велит кричать: "Долой!" - значит, нужно
  кричать: "Долой!" Только в этом случае нас не расстреляют! Давайте дружно
  крикнем, и тогда нас всех отпустят.
   - Долой диктатуру Лопеса! - прокричал Комиссар.
   - Долой! - заорали Чарли и его рабочие, которые были потрезвее, так как
  сидели не в винном погребе, а в шиномонтажной мастерской и смогли выпить там
  только одну припрятанную бутылку.