ю
  очередь за Шаму-рад-ханом и русскими офицерами, что помогают ему.
   Чары до сих пор почти не знал русских. Они были для него чужими. Первым
  русским, с которым свела его близко судьба, был господин пристав. Память об
  этой встрече осталась у него навсегда. Помнил он хорошо и другого русского
  -- соседа по тюремной камере, бандита-рецидивиста Тришку Шпандыря, как звали
  его друзья. Когда в первый раз втолкнули Чары в камеру, жандарм подмигнул
  Тришке, и тот устроил новичку "крещение с вышибанием под нары".
   И вот теперь он должен будет пойти в русский отряд. Но он пойдет и
  туда, если там проходит ближайший путь к горлу Шамурад-хана! И Чары
  терпеливо ждал.
   На десятый день с севера послышалась стрельба. Чары засел в разваленной
  мазанке и наблюдал оттуда.
   Сначала промчалась к крепости группа всадников в халатах и тельпеках.
  Следом за ними с двух сторон подошел большой кавалерийский отряд. Солдаты в
  остроконечных шапках проскакали так близко, что ему пришлось лечь на землю.
   Пули свистели над самой головой Чары и глухо ударялись в сухую глину
  дувалов. Совсем рядом с ним громко и четко заговорил пулемет. С флангов
  ответили другие. Выглянув из-за укрытия, Чары увидел, как заволакиваются
  ровными строчками пыли верхушки знакомых крепостных стен. Кое-где обрывались
  вниз большие глиняные глыбы. Желтые кирпичики разлетались мелкими брызгами.
   Стрельба стихла сразу, как по команде. Солдаты двумя цепочками въезжали
  в крепость... Когда стемнело,