явшись, тяжело повалился на песок. Тогда Чары
  отстегнул от пояса фляжку и приставил ко рту пленника. Тот жадно глотал
  воду, а когда напился, выбил вдруг головой фляжку из рук Чары. Песок впитал
  остатки воды. Шамурад-хан радостно засмеялся. Чары, ни слова не говоря,
  подобрал пустую фляжку и снова пристегнул к поясу.
   К вечеру Шамурад-хан совсем выбился из сил. Тогда Чары повесил на грудь
  карабин и взвалил пленника на плечи.
   Сырой ночной туман спустился на Черные Пески. Разрывая его, тяжело
  шагал человек, неся на спине другого. Он опускал его на землю и подолгу
  лежал рядом, прижимаясь твердыми потрескавшимися губами к отсыревшему песку
  Потом снова вставал, взваливал лежащего на спину и, шатаясь, шел дальше.
   Отряд строился на поверку. Держа в поводу коней, особисты равняли ряды
  взводов Вдруг все замерли. Из-за конюшни бежал подчасок. Он еще издали
  что-то крикнул командиру. Все разом повернулись к конюшне.
   Из-за длинного приземистого здания вышли двое. Передний, в порванном
  запачканном халате, ковылял, втянув в плечи голову. Задний был бойцом
  отряда. Пояс туго стягивал статную фигуру. Но такое черное, изменившееся
  лицо было у него, что только по горевшим лихорадочным огнем глазам узнали
  рядового Чары Эсенова.
   Подойдя к командиру, он приказал переднему остановиться. Потом круто
  повернулся.
   -- Товарищ командир! Классовый враг Шамурад-хан... Взят в Карры-кала!..
  -- доложил он четко. И тут только устало опустился на