брадоров.
   Расколов подошел к столу и взял пачку сигарет, однако, тут же вернул ее
  на место. Было видно как тяжело он пережевывает только что сказанное
  Голощековым. Предпочел сигаретам спиртное: из темной граненной бутылки налил
  себе почти полный фужер, и, взяв его за тонкую талию двумя пальцами,
  медленно, чтобы не пролить, поднес ко рту. И так же медленно начал
  опорожнять бокал. Он напоминал ленивца, которому нет никакого дела до такого
  пустяка, как время...
   -- Уведи людей! -- гортанно выкрикнул он Кривозубу. -- И вы тоже
  убирайтесь и передайте Арефьеву, что я с него сниму три шкуры и сделаю из
  них абажур... А тебя помощничек... -- мать-перемать, -- похороню без гроба и
  на могилу положу венок из кровельного железа, а вместо памятника --
  черепушку твоего шефа...
   -- Гони, Раскол, расписку, -- повторил Голощеков. -- В комнату снова
  ввалились люди Кривозуба и недвусмысленно дали понять -- аудиенция
  закончена...
   Но Голощеков и сам не стремился продолжать и без того затянувшийся
  "светский раут". На часах было без пяти минут до взрыва...
   Они поднялись и направились к выходу. Первым за Кривозубом шел
  Голощеков, за ним, пятясь, отступал Шедов. Руки у них находились в карманах
  плащей, сжимая в ладонях пистолеты.
   Вышли в коридор и в обоих его концах увидели людей с напряженными
  лицами...
   -- Не спускай глаз с того, который в темных очках, -- предупредил
  Шедова