кин действительно
  навел Расколова на нашу машину и виноват в смерти ребят, я его утоплю в его
  собственном дерьме.
   -- Перед тем, как везти деньги в аэропорт, они находились в сейфе
  Коркина и, конечно, он знал о сроках...Он все знал, щитомордник.
   -- Надо вызвать Воробьева, мне кажется, тут без стрельбы не обойтись.
   -- Ради Бога, только без шума. Об этом не должны знать наши
  акционеры...
   -- А члены координационного Совета? Ведь кто-то из них тоже держит наши
  акции, -- сказал Голощеков.
   -- Я, разумеется, обязан их поставить в известность, хотя мы сами еще
  не все знаем...После сегодняшнего взрыва Расколов может пойти ва-банк.
   -- Или подожмет хвост, -- впервые в разговор вмешался Шедов.
   -- И мы должны ему в этом помочь, -- Арефьев взглянул на часы. -- Через
  тридцать минут начнут съезжаться гости. Иди вниз и встреть их там...Будь
  поприветливее, от них многое зависит, -- обратился он к Голощекову. --
  Улыбайся, веди себя так, как будто мы получили два Оскара -- за исполнение и
  за режиссуру...Впрочем, пока мы выступаем в роли заурядных статистов и
  играем по сценарию Раскола...
   -- Где будем заседать? -- здесь, в вашем кабинете, или в гостиной.
   -- В нижнем зале. И пусть срочно сюда направляется Воробьев. Кстати,
  кто сегодня дежурит на территории?
   -- Близнецы...Люди Виктора, -- Голощеков с симпатией взглянул на
  Шедова. Тот встал и стал прощаться.
   Нижний зал, расположен на первом