в светлых кроссовках, и в кожаной кепочке, крикнул
  тому, который выбросился из окна: "Андрюха, пока отдыхай, мы сейчас из них
  сделаем мясной салат..."
   Коркин заерзал в кресле, он был на грани безумия.
   -- Стихни, бухгалтер, и не вздумай открывать рот! -- Буханец поднес к
  лицу Коркина пистолет и вдавил ствол ему в щеку.
   -- Пока их трое, но, судя по повадкам, им очень нравится стрелять по
  живым мишеням, -- сказал Буханец.
   Парень в светлых кроссовках вбежал на крыльцо и сильно даванул на дверь
  плечом. Двое других начали поднимать с земли выпавшего из окна и, видимо, он
  им что-то сказал, ибо один из бандитов крикнул тому, кто был на крыльце:
   -- Макс, Андрюха говорит, в доме засели шестерки Арефьева...Слетай к
  машине и возьми под сиденьем гранаты, попробуем эту шушваль оттуда
  выкурить...
   Тот, кого назвали Максом, словно ужаленный, отскочил от двери и побежал
  в сторону калитки, за которой отливал металликом бок "ровера". И, возможно,
  ему удалось бы преодолеть с десяток метров, если бы его спина, на уровне
  восьмого позвонка, не оказалась в прицеле пистолета Буханца. Глушитель
  умалил звук выстрела, раздался ничего не значащий щелчок, однако парень,
  словно подсеченный на киносъемке конь, как бы споткнулся и плашмя упал на
  дорожку.
   -- Еще один сукин сын отбегался, -- Буханец взглянул на стоящего рядом
  Бронислава и подмигнул ему.
   Парень явно был захвачен происходящим, от волнения даже взмок.