в гостях, его неуступчивые
  слова и какие-то истуканистые жесты.
   -- Если мы не вернем братве бабки, -- задумчивость покрыла красное лицо
  Расколова, -- не думаю, что доживем до следующего Рождества...Помни об этом,
  Миша, и сделай так, чтобы расправа с Арефьевым всем была в радость...А не то
  нам придется возвращать самим деньги...
   -- Я постараюсь, однако это будет стоить определенных и, боюсь, немалых
  бабок...Людям надо будет хорошо заплатить, транспорт, стволы, патроны к
  ним...
   -- Это второе дело, а сейчас иди и обмозгуй со своими орлами
  предстоящее дело. Мне надо остаться одному...
   Когда Кривозуб покинул помещение, Расколов подошел к телефону и
  позвонил Грохольскому. Когда-то они с этим человеком сидели в одной колонии
  и даже делали попытку побега, но были схвачены, когда вылезали из подкопа...
   -- Саня, если можешь, гони срочно ко мне. Какое дело? Архисерьезное, а
  главное, неотложное...Приедешь, все расскажу.
   Когда в резиденцию вошел Грохольский, охрана почтительно притихла,
  словно в гости прибыл самый главный авторитет России. Впрочем, в каком-то
  смысле это и был один из серьезнейших авторитетов в бандитском мире: киллер,
  работающий по эксклюзивным заказам...
   Они обнялись и Расколов повел гостя к столу.
   -- Перекусим? -- спросил он Грохольского умягченным тоном.
   -- Я только что вылез из-за стола...В чем вопрос?
   -- Не спеши, все по порядку... -- Расколов взял из бара бутылку коньяка
  с