ли по верхним сегментам машины, чтобы не изрешетить
  пулями кейс с деньгами.
   Один из сидящих за Т-образным столом акционеров перебил Воробьева:
   -- Лично меня интересуют людские потери, если, разумеется, таковые
  имеются.
   Арефьев раздраженно отреагировал:
   -- До этого мы еще дойдем. Есть хоть какая-то версия? -- обратился он к
  Воробьеву.
   -- Милиция на проезжей части дороги подобрала 23 стрелянные гильзы,
  предположительно от автомата АК чешского производства. Нападение,
  естественно, было внезапным и об этом говорит тело охранника Димы Орлова,
  убитого на шоссе.. Видимо, он успел отреагировать на нападение и, открыв
  заднюю дверцу, выбрался из машины и начал отстреливаться. Во всяком случае,
  в 13 35 он еще сумел связаться со мной по мобильнику и сказать, что
  произошло нападение. Но последние его слова были для меня не совсем
  понятными.
   -- Что именно он сказал? -- спросил Арефьев.
   -- Орлов произнес только одно слово -- не то "пура", не то
  "кура"...Что-то очень похожее. Мы сразу же выехали туда, и в Редькино
  прибыли раньше милиции. Дима почти уже не дышал. Я пощупал у него пульс --
  нитка. Ни одного отчетливого удара. На обочине дороги лежал еще один
  неизвестный человек со сквозным прострелом груди. Наш шофер Эдик Стрельченко
  и двое других охранников тоже погибли.
   -- Это как-то не вяжется, -- вслух подумал Арефьев, -- киллеры на месте
  убийства стараются ничего