ку
  на ключ зажигания.
   -- Возможно, у него животная интуиция.
   -- Интуиция обостряется у тех, кому есть, что скрывать...Нам надо его
  сейчас же брать за хобот и прессовать...
   -- Мы можем его вспугнуть. Поезжай за ним, притрись к тротуару.
   Когда машина поравнялась с Вахитовым, Голощеков открыл дверцу,
  загородив бортинженеру дорогу.
   -- Владимир Петрович, садитесь, пожалуйста, в машину...И, ради Бога, не
  давите нам на психику.
   Вахитов явно растерялся. Пока он приходил в себя, из машины вышел
  Голощеков и крепко взял его за руку. И, видимо, понимая, что силовое
  давление неминуемо, бортинженер бросил на заднее сиденье кейс и вслед за ним
  сам полез в "мерседес". Как только дверцы захлопнулись, Голощеков тут же их
  заблокировал.
   -- Немного отъедем в сторону и там спокойно переговорим, -- тихо сказал
  начальник службы безопасности.
   -- А что, собственно, произошло? -- Вахитов старался быть спокойным.
   -- Почему вы не сели в свою машину? -- на вопрос вопросом ответил
  Голощеков.
   -- Потому что сигаретная пачка на сиденье была сдвинута...Она должна
  лежать на газете, на последнем слове заголовка...
   -- А чего вы боитесь? -- спросил Воробьев. -- Сели бы и поехали.
   -- Сел бы и взлетел на воздух? -- Вахитов закурил. -- В Женеве меня уже
  допрашивали -- почему я не привез посылку?
   -- Именно это и будет темой нашего разговора...Кто из вашего окружения
  знал о том, что вы перевозите во время