-- Так перехвати, черт возьми, инициативу! -- рявкнул Арефьев. -- Бери
  акции на всю имеющуюся наличку.
   Последовала томительная пауза.
   -- Скупай акции, но не афишируй. Если позволишь курсу скатиться до ста
  пунктов, можешь считать, что нас больше нет. Понял или еще раз повторить?
   -- Я и так делаю все возможное, -- нотки неопределенности послышались в
  голосе Коркина.
   -- К сожалению, этого недостаточно, -- отрезал Арефьев, -- делай все
  невозможное.
   Известие с биржи не потрясло Арефьева. В череде проблем, это была не
  самая приоритетная. Однако он тут же позвонил Шедову и посоветовался с ним.
  Шедов переполох на московской бирже объяснил общей ситуацией с ценными
  бумагами на мировом рынке.
   -- Ничего определенного тебе не скажет и сам Господь Бог, -- утешил
  Шедов. -- Возможно, это всего лишь отголоски и скоро эти симптомы исчезнут.
  Все зависит от того, по какому варианту будут развиваться события. Но если
  курс доллара до вечера будет продолжать падать, надо все бумаги скидывать...
  Причем делать это надо будет в супербыстром темпе. В течение двенадцати
  часов они могут превратиться в макулатуру...
   Но поскольку время уже было позднее, Арефьев решил ничего не
  предпринимать, положившись на удачу.
   На ночь он принял три таблетки "реладорма", что однако не спасло его от
  мучительной бессонницы.
   Примерно в половине второго ночи до его слуха донесся не то крик
  человека, не то птицы. Открыв