сверкающий поток автомобилей. На улице было
  холодно, порывистый восточный ветер трепал юбки на женщинах
  и плащи на спешащих мужчинах с неизменными папками в руках.
  Обогреватели в кафе отбрасывали красный свет на лица
  посетителей, медленно пьющих свои традиционные "чашечки"
  кофе, разбавленные десятью стаканами воды, читающих газеты и
  журналы и просматривающих деловые бумаги. Бонд, отрешившись
  от мыслей о предстоящем вечере, думал, как лучше провести
  время и какой вариант выбрать - то ли посетить известный
  всем таксистам и консьержкам респектабельно выглядящий дом
  на Клаузевицштрассе, то ли погулять по Грюнвальду.
  Добродетель восторжествовала, и Бонд, расплатившись за кофе,
  вышел на холодную улицу, чтобы взять такси.
   Молодые деревья вокруг продолговатого озера уже были
  тронуты дыханием осени, и среди зелени крон появились
  золотые листья. За два часа вдоволь нагулявшись по покрытым
  опавшими листьями тропинкам, Бонд зашел в ресторан со
  стеклянной верандой с видом на озеро и с удовольствием съел
  двойную порцию местного блюда "Матжешеринг", приправленного
  кружочками лука и сметаной, а также попробовал шнапса,
  смешанного с пивом. В город он вернулся уже приободренным.
   Около дома возился с мотором черного "Оппель-капитана"
  неопределенного вида молодой человек. Когда Бонд прошел
  совсем рядом с ним к двери и нажал звонок, тот даже головы
  из-под капота не поднял.
   Капитан Сэндер успокоил Бонда, сказав, что это "друг" -
  капрал из транспортной секции поста в Западном