ет сегодня много, жаркий денек.
   Мисс Пеннишиллинг бодро улыбалась. Она любила такие, как
  она выражалась, "убийственные" деньки - вспоминалась
  молодость, шифровальный отдел... Она включила внутреннюю
  связь:
   - Пришел 007, сэр. - И посмотрела на Бонда. - Ты
  сегодня улетаешь.
   - Пристегните ремни! - усмехнулся начальник Штаба.
   Над дверью в кабинет зажглась красная лампочка, и Бонд
  вошел.
   Здесь было тихо. М. сидел в кресле, боком к столу и
  смотрел в широкое окно: Лондон поблескивал в солнечных
  лучах.
   - Садитесь, 007. Возьмите эти фотокопии. - М. протянул
  ему лачку листов. - Прочтите внимательно.
   И М. принялся набивать трубку. Бонд взял верхний лист:
  сфотографирован с обеих сторон большой конверт.
   - Курите, - предложил, не поднимая глаз, М.
   - Благодарю, сэр. Я почти бросил.
   М., хмыкнув, сунул трубку в рот, раскурил и глубоко
  затянулся. Поудобнее устроился в кресле. Снова уставился в
  окно, но серые зоркие глаза смотрели мимо домов, улиц...
   Письмо адресовано премьер-министру. Сверху на конверте
  приписано: "Срочно. Лично в руки". Адрес написан
  правильно, подробно, шрифт у машинки четкий, изысканный.
  Штамп брайтонский, восемь тридцать утра, третье июня.
  Вчера... На оборотной стороне видны отпечатки пальцев,
  сургуча нет. В самом письме, тоже безукоризненно грамотном
  и красиво отпечатанном, значилось:
   "Уважаемый г-н Премьер-министр!
   Начальник Штаба Военно-воздушных сил, вероятно, уже
  сообщил Вам (или в ближайшее время сообщит), что