ового стекла... Вокруг испуганно гудели, кричали. Бонд
  тряхнул головой, осторожно выпрямился. Впереди лежал на
  боку "фольксваген": одно колесо еще крутится, крыша
  снесена, в машине и рядом на дороге - кровавое скользкое
  месиво. Пламя лижет дверцу, краска пузырится. Собирались
  любопытные. Бонд взял себя в руки, выскочил из машины.
   - Назад! - рявкнул он. - Бак взорвется!
   Тут же глухо ахнуло, в черных клубах дыма взвилось пламя.
  Вдали завыла сирена. Бонд протиснулся сквозь толпу и быстро
  пошел назад, в Штаб. Хорошенькая история!
   Бонду пришлось пропустить два нью-йоркских рейса.
  Полицейские потушили пожар, отвезли в морг останки, убрали
  изуродованную машину. Следствие располагало лишь туфлями и
  клочьями одежды убитого, номером пистолета и машины. В бюро
  по прокату вспомнили, что посетитель был в темных очках,
  предъявил водительское удостоверение на имя Джонстона, дал
  щедрые чаевые. Машину взял три дня назад на неделю.
  Мотоциклиста видели прохожие, но задних номеров не
  разглядели - может быть, номера и сняты. Промчался, как
  вихрь...
   Ничего не добавил и Бонд. У "фольксвагена" крыша низкая,
  водителя не разглядел, только высунулась рука, блеснул
  пистолет.
   Копию протокола Управление по разведке и контрразведке
  запросило у полицейских и отправило в штаб операции "Гром".
  М. еще раз переговорил с Бондом - коротко и раздраженно,
  будто в нападении виноват сам Бонд. Посоветовал не
  тревожиться: вероятно, это хвост прошлых дел, полиция
  разберется. Главное сейчас