х бомбы а резиновых
  мешках, накрепко привязали ремнями и не спеша вернулись на
  яхту.
   Завелись двигатели, и "Летучая", едва касаясь воды,
  понеслась - а скорее, именно полетела - домой.
   Ларго разделся, обмотался вокруг пояса полотенцем и пошел
  в радиорубку. Полночную связь он пропустил, времени было
  час пятнадцать, а у Блофельда - семь пятнадцать утра.
  Радист настраивался на волну, а Ларго думал пока о Втором.
  Тот, наверное, сидит, ждет - измученный, небритый, перед ним
  чашка кофе; какая по счету? Ларго даже услышал кофейный
  запах...
   - Я Первый.
   - Я Второй.
   - Третий этап завершен, все в порядке. Конец связи.
   - Я доволен.
   Ларго стащил наушники и подумал: "Я тоже. Дело почти
  сделано, теперь никто не помешает, разве что сам дьявол".
  
   X
  
   ДОМИНО
  
   Ярко-синяя открытая машина пронеслась вниз по
  Парламентской улице; на перекрестке загорелая девушка за
  рулем ловко переключила скорость и, глянув направо,
  вывернула перед скособоченным ветхим фургоном на Бухтовую.
  Видавший виды коняга сердито мотнул мордой, возница звякнул
  огромным колокольцем, но девушка лишь махнула рукой и, в
  секунду промчав всю улочку, резко затормозила возле "Трубки
  мира", лучшей в Нассау табачной лавки. Не открывая дверцы,
  прямо через низкий борт соскочила на землю, небрежно
  оправила светлую плиссированную юбку, в прыжке задравшуюся
  чуть не до пояса. Фургон остановился неподалеку, и возница
  громко пожаловался:
   - Тихоходу-то