гтем. Потом я немного почитал о них и убедился, что мое
  первое впечатление было верным. Они ни на что не годятся,
  признайся, Фидо. Удивляюсь, как умный парень, вроде тебя,
  может жить здесь. Разве это жизнь - попрошайничать на
  пляже. Правда, я слышал, что кто-то из вашей семейки
  настрогал больше сотни ублюдков. Может поэтому тебе
  нравится здесь, а, шалун? - Крест понимающе осклабился.
   Фидель Барбе ответил спокойным голосом:
   - Это мой дядя Гасток. Его в нашей семье осуждают. Он
  сильно подорвал наше семейное состояние.
   - Как, как, семейное состояние? - Милтон Крест
  подмигнул Бонду. - Из чего же оно состоит? Из ракушек
  каури?
   - Не только из них. - Столь беспардонная манера
  американца была Фиделю Барбе в новинку. Он смутился. - Мы
  неплохо заработали на черепаховой кости и перламутре лет сто
  назад, когда они были в цене. Но главным нашим бизнесом
  всегда была копра.
   - Ага, а на плантациях вкалывали ваши семейные бастарды.
  Кстати, неплохая идея. Надо будет и мне завести нечто
  подобное в моем семейном кругу. - Он взглянул на жену.
  Уголки его резиновых губ опустились еще ниже. Но прежде,
  чем он успел произнести очередную грубость, Бонд, отбросив
  стул, резко встал и вышел из салона на корму, плотно
  задвинув за собой дверь.
   Спустя минут десять он услышал сзади крадущиеся шаги.
  Бонд обернулся. Со шлюпочной палубы по трапу спускалась Лиз
  Крест. Она подошла к нему и произнесла вымученным голосом:
   - Я сказала, что иду спать, но по пути решила зайти