реста!
   Бонд поднялся на ноги. Он подошел к стеллажу со
  стеклянными банками для хранения проб и заглянул под
  защитный брезент. Пластмассовая крышка крайней банки лежала
  рядом с ней на палубе. Он поднял крышку, тщательно протер
  ее парусиной и, взяв кончиками ногтей, положил сверху на
  горло банки.
   Затем Бонд вернулся назад и стал над трупом. Кто из них
  сделал это? То, что орудием убийства был выбран драгоценный
  трофей мистера Креста, говорило о нечеловеческой
  озлобленности против него. Это указывало на женщину. У
  нее-то причин для убийства было в избытке. Но и Фидель
  Барбе, с его креольской кровью, был способен на особо
  жестокое насилие, а кроме того ему был присущ черный юмор.
  "Je lui au foutu son sacre poisson dans la quelle (10)."
  Бонд слышал от Барбе нечто подобное. Если после того, как
  он покинул салон, мистер Крест продолжал дразнить сейшельца,
  особенно, если издевался над его семьей, Фидель Барбе,
  конечно, не полез бы в драку и не схватился за нож, но он
  запомнил бы все и, выждав момент, наверняка расквитался бы с
  обидчиком.
   Бонд огляделся вокруг. Храп жертвы мог послужить
  сигналом для любого из них. С обеих сторон шлюпочной палубы
  на мостик поднимались трапы. Но рулевой сейчас был в рубке
  и за шумом из машинного отделения не мог ничего слышать.
  Вытащить маленькую рыбку из формалиновой купели и сунуть ее
  в открытый рот спящего было секундным делом. Бонд пожал
  плечами. Кто бы это ни сделал, он не подумал о последствиях
  - неизбежном расследовании