отростка каракатицы, вернее ее вест-индской родственницы
  лангусты, высунувшейся из глубокой расщелины под коралловым
  наростом. Судя по толщине отростков, это крупный экземпляр,
  фунта на три-четыре. В другое время Смит поставил бы ноги
  рядом со щелью и взмутил воду, чтобы лангуста высунулась
  подальше - ведь она очень любопытна. Затем он пронзил бы ее
  голову трезубцем и отнес бы домой на обед. Но сегодня
  единственной добычей для него могла Быть рыба-скорпена, и он
  сконцентрировал все силы на поисках косматого прерывистого
  силуэта. Десятью минутами позже он обратил внимание на
  клочок морских водорослей на белом песке, но что-то ему
  подсказывало, что это не просто водоросли. Осторожно
  поставив ноги на дно, он увидел, как на клочке вдруг
  возникли ядовитые шипы - это она, скорпена, причем
  значительных размеров, примерно три четверти фунта. Смит
  приготовил гарпун и стал медленно продвигаться вперед.
  Теперь красные злые глаза рыбы были широко открыты и
  наблюдали за ним. Он должен будет сделать резкий короткий
  удар, причем из положения, когда трезубец будет практически
  в вертикальном положении, в противном случае, он знал из
  опыта, даже острые как бритва зубцы гарпуна почти наверняка
  соскользнут с роговой ткани головы чудища. Он приподнял
  ноги с грунта и очень медленно поплыл вперед, пользуясь
  свободной рукой как плавником. Время! Он произвел резкий
  выпад гарпуном вперед и вниз. Но рыба успела отреагировать
  на едва заметные колебания идущих впереди трезубца токов
  воды,