компании бывали и женщины, и
  никто здесь не обращал на это внимания. Это было самое подходящее место
  для спокойной беседы с Энтони де Амакуром. Джейсон прибавил шаг, стараясь
  оказаться рядом с банкиром, и заговорил с ним на англизированном
  французском, который ранее опробовал по телефону:
   - Добрый день, месье. Если я... не ошибаюсь, то... я думаю, что...
  это совершенно... месье де Амакур. Я хочу сказать, что я прав, не так ли?
   Банкир остановился. Его холодные глаза были испуганными, он
  вспоминал, и втягивался в свое пальто.
   - Борн? - прошептал он.
   - Ваши друзья сейчас немного шокированы. Думаю, что в данный момент
  они прочесывают аэропорт Орли, желая узнать, возможно, почему вы могли
  дать им ложную информацию. С какой целью вы это проделали, а?
   - Что? - его испуганные глаза округлились.
   - Пойдемте сюда, - Джейсон осторожно взял де Амакура под руку. - Я
  думаю, что нам необходимо поговорить.
   - Я абсолютно ничего не знаю! Я лишь следовал указаниям, которые
  прилагались к счету! И я ни в чем не "участвую"!
   - Очень жаль. Когда я разговаривал с вами в первый раз, вы заявили,
  что не даете никаких справок и консультаций по телефону. Но двадцать минут
  спустя вы сообщили, что для меня уже все приготовлено. Это подтверждает
  что-то, не так ли? Давайте войдем внутрь.
   Кафе было в некоторой степени точной миниатюрой Альпенхауза в Цюрихе.
  Те же глубокие кабины,