активности. Возможно,
  что это было согласовано с тобой.
   - Тредстоун, 71, - проронил он.
   - Да, именно так. Владельцы банка должны действовать заодно с
  Тредстоун. И поэтому, вполне возможно, что вы также были осведомлены о
  том, что они делали.
   - Но кто-то был подкуплен. Скорее всего, это герр Кониг. Именно он и
  заменил один номер на другой.
   - Да, вероятно, ему хорошо заплатили. Он мог бы провести лет десять в
  швейцарской тюрьме.
   - Десять? Вполне прилично.
   - Таковы швейцарские законы.
   - Карлос... Что я могу для него значить? Я повторяю это имя снова и
  снова! Но я ничего не могу о нем узнать! Только... я не знаю... ничего.
   - Но что-то все-таки есть, не так ли? - Мари подалась вперед. - Что
  это? О чем ты постоянно раздумываешь?
   - Я не думаю... Я не знаю.
   - Значит у тебя есть какие-то ощущения. Пока неясные, не так ли?
   - Не знаю... Возможно, страх... гнев... нервный шок. Я ничего не
  знаю.
   - Сосредоточься!
   - Черт побери, неужели я не делал этого? Неужели ты думаешь, что я
  совсем уж дурак? Знаешь ли ты, что за природа этих вещей? - Борн застыл,
  изумленный вспышкой раздражения. - Извини.
   - Не стоит. Все сколько-нибудь существенное - намеки и подозрения мы
  должны оценивать вместе. Твой доктор с Порт-Нойра был прав. События и
  факты приходят к тебе, провоцируют новые события, и появляются новые
  факты. Как ты сам сказал, что пачка