ими нитями вместо щетины выскочила из его рук и задела
  бедро сидящего на корточках рыбака.
   - Дьявол!
   - Ради бога, простите, - проговорил Жан-Пьер, вытирая воду с глаз. -
  Извините. И скажите своим друзьям, чтобы они лили воду на палубу, а не на
  меня.
   - Мои друзья ни в чем не виноваты!
   Рыбак схватил щетку, вскочил на ноги и выставил ее вперед, как штык.
   - Хочешь позабавиться, пиявка?
   - Прекратите. Отдайте щетку.
   Рыбак толкнул щетку вперед. Стальные прутья ударили в живот и грудь,
  проникая через одежду. Непонятно, что это было: или прикосновение к старым
  ранам, или реакция на постоянное беспокойство, не покидающее его все эти
  дни. Он и сам этого не понимал. И его ответ был как сигнал тревоги, как
  нечто, что толкало его к действиям.
   Он схватил ручку щетки правой рукой, с силой двигая ею в сторону
  нападающего рыбака. Одновременно он высоко поднял левую ногу, тараня ею
  горло противника.
   - Тао...
   Гортанное шипение непроизвольно сорвалось с его губ. Он не помнил,
  что оно означало. Прежде чем он понял, что происходит, он уже повернулся и
  его правая нога двинулась вперед тараном, сокрушая левую почку рыбака.
   - Че-сай!
   Рыбак отпрянул назад, затем бросился вперед не помня себя от боли и
  ярости. Его руки были распростерты, как клешни краба.
   - Свинья!
   Жан-Пьер согнулся, разворачивая свою правую руку, чтобы ухватить
  левое предплечье нападающего, дергая