тороны трех из четырех штатских,
  присутствующих за столом совещаний в Пентагоне. Каждый из них был старше
  его, и каждый считал себя большим, чем полковник, экспертом. Никто не был
  готов признать, что армия получила информацию там, где каждая организация,
  представляемая присутствующими здесь штатскими, потерпела неудачу. Мнение
  четвертого из присутствующих в расчет не бралось. Он был членом Комитета
  Конгресса по надзору и поэтому пользовался лишь уважением, но не более
  того. - Если мы не примем меры сейчас, - продолжал Маннинг, - даже с
  риском разоблачения всего, что мы выяснили, он вновь проскочит сквозь наши
  сети. Как утверждают агентурные данные, одиннадцать дней назад он
  находился в Цюрихе. И мы полагаем, что он еще там. Это Кейн, джентльмены!
   - Это только заявление, - произнес лысеющий, похожий на птицу,
  академик из Совета Национальной Безопасности, когда прочитал материалы по
  Цюриху, розданные каждому члену совещания. Его звали Альфред Джиллет, и он
  был экспертом по проверке политической благонадежности. К тому же, он имел
  мстительный характер и массу знакомств в высоких кругах.
   - Я нахожу это сообщение чрезвычайным, - заметил Питер Ноултон,
  помощник директора ЦРУ, человек пятидесяти пяти лет, который увековечивал
  век людей сороковых годов. - По нашим сведениям Кейн был в Брюсселе, а не
  в Цюрихе, и в то же самое время - одиннадцать дней назад. У нас почти не
  бывает ошибок.