немся к обсуждению Цюриха.
   - Благодарю вас, мистер Эббот, - произнес полковник. - Вы должны
  заметить, что одиннадцать дней назад, ночью 27 февраля, в Цюрихе было
  убито четыре человека. Один из них был сторож в парке возле реки Лиммат
  Квей. Этот человек случайно попал в поле деятельности Кейна. Двое других
  были найдены на аллее у западной городской банки. Их связь вероятна, так
  как они оба относятся к преступным группам, связанным и с Цюрихом, и с
  Мюнхеном.
   - Четвертым был Чернак, - проговорил Джиллет, читая бумаги. - По
  крайней мере, я так думаю. Я узнал его имя по ассоциациями с материалами о
  Кейне.
   Вы могли встретить его и раньше, - заметил Маннинг. - Впервые
  информация о нем появилась в докладе Джи-два 18 месяцев назад и еще раз
  около года назад.
   - Что и дает нам эти шесть месяцев, спокойно прервал его Эббот, глядя
  на Джиллета.
   - Да, сэр, - продолжал полковник. - Если бы когда-нибудь понадобился
  пример человеческих отбросов, то им вполне мог бы быть Чернак. Он был чех,
  и во время войны его взяли на работу в Дахау. Там он проявил невиданную
  жестокость, выделяясь даже среди немцев. Он отправлял поляков, словаков и
  евреев на расстрел после того, как применял жестокие пытки, добиваясь от
  них какой-нибудь информации. Единственно, чего не сделали его хозяева, так
  это внести его в списки своих наиболее преданных слуг. После войны он
  исчез, угодил где-то на минное поле