л
  рак.
   - Подождите, - вдруг произнес Уолтерс. - Я хотел бы разъяснений.
  Более полутора лет я провел в подкомитете по убийствам. Я адвокат и
  поэтому мне очень часто приходилось иметь дело с подобными вещами. В свое
  время я изучил чрезвычайно много материалов, наполненных сотнями имен и
  еще большим количеством историй. И я был уже почти уверен, что ничего
  неизвестного для меня в этой области нет. Но вот теперь я присутствую на
  беседе нескольких высокопоставленных людей, которые обсуждают операцию,
  которая длится почти три года, и в центре которой находится убийца, список
  "достижений" которого фактически является неопределенным. Я прав по
  существу?
   - Продолжайте, - спокойно произнес Эббот, увлеченный рассуждениями
  собеседника. - В чем ваш вопрос?
   - Кто он? Кто, черт возьми, этот Кейн?
  
  
  
   16
  
   Некоторое время стояла тишина, в течение которой глаза каждого из
  присутствующих блуждали по физиономиям соседей, стараясь поймать их
  взгляд. Периодически раздавалось сухое покашливание, но никто даже не
  шелохнулся. Было похоже на то, что решение принимается без обсуждения -
  уклониться от ответа было невозможно, потому что было нельзя остановить
  поток вопросов, задаваемым конгрессменом Ефремом Уолтерсом, посредством
  пустого многословия о специфике тайных операций. Торговля закончилась!
   Дэвид Эббот положил трубку на стол и легкий