илье
  своему помощнику, усаживаясь напротив Мари Сен-Жак в одном из кафе в
  районе Монмартра. Помощник кивнул и направился к столу в десяти футах от
  кабины. Полностью опустошенный старый солдат смотрел на Мари. - Почему вы
  настояли на том, чтобы я пришел сюда? Ведь он хотел, чтобы вы уехали из
  Парижа. И я дал ему слово, что исполню его просьбу.
   - Подальше от Парижа, подальше от суеты, - проронила она, глядя на
  изможденное лицо старика. - Весьма сожалею. Я не хочу быть для вас еще
  одной обузой. Я слышала сообщение по радио.
   - Безумие, - буркнул Вилье, пробуя бренди, заказанное для него
  помощником. - Три часа лживых разговоров с полицией и обвинение невинного
  человека в преступлении, которое совершил лично я.
   - Описание дано с ужасающей точностью. Никто не сможет потерять его
  след.
   - Он сам дал мне его. Он сидел перед зеркалом моей жены и объяснял
  мне, что я должен буду говорить, как-то странно глядя на собственное лицо.
  Он считал, что это единственно верный путь. Карлос должен был бы быть
  только доволен, если бы отправился в полицию, начав охоту на человека.
  Безусловно он был прав.
   - Он был прав, - согласилась Мари, - но его нет ни в Париже, ни в
  Брюсселе, ни в Амстердаме.
   - Прошу прощения, я вас не понял.
   - Я хочу, чтобы вы сказали мне, куда он направился.
   - Он же сам вам это сказал, и я это слышал.
   - Он лгал.
   - Почему вы в этом так уверены?