бке, самое время полезть в бардачок, чтобы руку мне на колено положить, к груди прижаться - ан нет, сидите себе, сигареты ищете и пальцы не дрожат при этом. Чудно!
   Она будто размышляла вслух, не обращая внимания на Кастета.
   - Слушай, тебя как зовут?
   - Ал... Арво. Арво Ситтонен.
   - Слушай, Арво Ситтонен, тебя что, не учили в твоей карельской школе, что мужчина должен знакомиться с женщиной, а не vice versa.
   - Чего? - не понял Кастет.
   - Vice versa - наоборот, по-латыни, у меня консультации были по римскому праву, помню еще что-то, оказывается!
   Кастет проехал еще на полметра вперед, заглушил мотор и тоже сел вполоборота.
   - Давай, как вежливая девушка, тоже представляйся и говори, что еще делают в стандартных ситуациях - а я буду поступать наоборот, не помню, как это по-латыни.
   - Bay! - сказала она. - Ты - супер! Я уже не знаю, сколько-ноль я тебе проигрываю!
   - А во что мы играем?
   - Уже не играем. Я проиграла. Разворачивайся, перекусим где-нибудь на Васильевском. У меня вечер свободный.
   Кастет переждал встречный поток машин, развернулся, заметил, что стоящие чуть сзади "Жигули" с номером 412 ГЕ тоже начали разворот, и не спеша вернулся на набережную.
   - Куда? Я Васильевский плохо знаю.
   - А ты где живешь?
   - В гостинице.
   - Вот в гостинице и перекусим...
   Кастет лихорадочно соображал. Никак, ну никак нельзя пропускать встречу с банкиром... Он подъехал к тротуару, остановился. Выключил зажигание.
   - Как тебя зовут?
   - Жанна.
   - Выйдем, покурим, Жанна.
   Он вылез из машины, открыл ее дверцу, подал руку. Узкая ладонь была влажной и горячей, впервые посмотрел в ее глаза и понял, что сейчас он может сделать с ней все - дать пощечину, прогнать или трахнуть на капоте, в салоне, прямо на тротуаре... Но он взял ее под руку, и они, как молодожены, спустились к Неве.