м пьян, вроде был, водкой от него пахло, это точно, но глаза и речь были трезвыми, движения расчетливыми. Пьяный себя так не ведет, а тем более человек пьющий неделю, как уверял Петька и его и мужичка, встреченного Кастетом по дороге. Слишком разумно и правильно вел себя и говорил Чистяков. Не то должен делать и не так разговаривать запойный пьяница.
   Однако все эти рассуждения нужно оставить на потом, а что предпринять сейчас? Кастет все сделал для того, чтобы люди запомнили и подтвердили - да, этот мужчина приехал вместе с ними на электричке в 14.46, да, шел в гости к своему другу по имени Петр, проживающему в доме номер шестнадцать. Поэтому просто тихо уйти из дома не получится. Вызвать милицию? И кем представиться - находящимся в розыске Алексеем Костюковым или карельским бизнесменом Арво Ситтоненом, чьи отпечатки пальцев непостижимым образом совпадают с отпечатками пальцев того же Костюкова?
   Леха еще раз оглядел комнату, оружия своего, конечно, не нашел. Петька или заныкал его куда-то или, что скорее, забрал с собой. Свернул записку, аккуратно убрал ее во внутренний карман, вышел на улицу. По дороге ковылял с пустым ведром давешний мужичок в ушанке и ватнике.
   - Эй, друг! - окликнул его Кастет. - Где здесь милиция?
   Мужичок остановился, поставил ведро, почесал под шапкой голову, вгляделся в Леху и, видно, признав, спросил без интереса:
   - Что, порезали кого, что ли? По пьяни это бывает... Тогда на станцию тебе идти надо, участкового у нас который год нету. Не живут у нас участковые, спиваются. Вот последний, Иван Семенович, уж на что крепкий мужик был и тот...
   - Спасибо, друг! - прервал его Кастет. - Ты присмотри тут, чтобы кто чего... А я на станцию сгоняю.
   - Ага, ответил мужичок, поднял ведро и пошел к колодцу.
  
  ***
  
   По пути на станцию Лехе встретились две милицейские машины с мигалками и грузовик, на заднем борту