узского рантье, даже не промышляя виноградарством и виноделием, к чему вообще-то располагали и крестьянская натура Сахнова и бургундские плодородные земли.
   Нет, конец карьеры Григория Сахнова не пугал, страшила его смерть, слишком уж высоко он поднялся по лестнице, выстроенной Исаевым, чтобы остаться в живых.
   Голова разболелась еще больше, таблеток никаких, конечно, нет, надо вызывать секретаршу, Полину, блин, Федоровну, у которой целый склад медикаментов на все случаи жизни - от геморроя до насморка, но видеть Полину Федоровну с больной головой было совсем невыносимо, и Сахнов начал копаться в ящиках письменного стола.
   - Разрешите, - в кабинет вошла Нелли, посвежевшая, отдохнувшая, пахнущая дорогим парфюмом и ментоловыми сигаретами.
   - Садись, - махнул рукой Гриша и продолжил рыться в столе.
   Наконец, в углу нижнего ящика он нашел упаковку "Экстези", фирменного, привезенного им из Амстердама, а не забодяженного доморощенными химиками в грязном питерском подвале. Не считая, высыпал в ладонь, подумал, что многовато, сказал себе - да и черт с ним - и бросил в рот.
   - Гриша, если ты по делу, то давай и я пойду, у меня ж выходной сегодня, я на свидание тороплюсь...
   - Свидание отменяется, у меня трех девок сегодня в больницу отвезли, одна померла, сейчас позвонили.
   Сахнов с ненавистью посмотрел на телефон - в старые времена такому вестнику давно бы отрубили голову. - Работать сейчас пойдешь!
   - Гришенька, давай завтра, у меня правда свидание, я, может, замуж собираюсь...
   - Некому, ты понимаешь, некому сегодня работать! Словно с ума все посходили, очередь уже стоит, я стриптизерок всех по койкам рассовал. Сегодня вместо стриптиза джаз-банд какой-то играет, а ты говоришь - свидание! Как там, кстати, эта наша новенькая, Лена, что ли?
   - Ленка-то? Нормально! У них с Гоги такой роман закрутился, ты что! Прямо Даниэла