философию,
  которой она жила. - Я люблю честную игру, - сказала она. Произнеся эти
  слова, она воодушевилась и добавила с жестким прямодушием: - Око за око.
  Фил. Поможешь мне?
   Адамово яблоко снова заходило. Солнце скрылось. Порыв сквозного ветра
  метнулся через вращающуюся дверь, и мистер Коркери почувствовал его на
  своей костлявой груди.
   - Не знаю, что привело тебя к этой мысли, - сказал он, - но я за закон
  и порядок. Я буду с тобой. - Собственная отвага ударила ему в голову. Он
  положил руку ей на колено. - Для тебя я готов на все, Айда.
   - После того, что она здесь говорила, остается только одно, - сказала
  Айда.
   - Что же?
   - Пойти в полицию.
  
  
   Айда влетела в полицейский участок. Она улыбнулась одному, помахала
  рукой другому, хотя в жизни не встречалась ни с кем из них. Она была
  весела и решительна и в своем возбуждении увлекла за собой Фила.
   - Мне надо видеть инспектора, - сказала она сержанту, сидевшему за
  письменным столом.
   - Он сейчас занят, мадам; по какому вопросу хотите вы его видеть?
   - Я могу подождать, - ответила Айда, усаживаясь возле вешалки с
  полицейскими плащами. - Садись, Фил. - Она улыбнулась всем уверенно, не
  стесняясь. - Бары откроются только в шесть. До тех пор нам с Филом делать
  нечего.
   - По какому вопросу вы хотите видеть инспектора, мадам?
   - Самоубийство под самым вашим носом, - ответила Айда, - а вы называете
  это естественной смертью.