Яд бродил в крови Малыша. Его оскорбили; ему нужно было доказать
  кому-то, что он мужчина. Он угрюмо вошел в кафе Сноу, юнец в потрепанном
  костюме, не внушающий доверия, и все официантки, точно сговорившись,
  повернулись к нему спиной. Он стоял, пытаясь отыскать столик (кафе было
  полно), и никто его не обслуживал. Они как будто сомневались, есть ли у
  него деньги, чтобы заплатить за еду. Он представил себе, как Коллеони
  расхаживает по огромным комнатам, вспомнил вышитые короны на спинках
  кресел. Вдруг он громко крикнул:
   - Мне нужен столик! - И щека его задергалась.
   Лица вокруг разом зашевелились и повернулись к нему, но затем все
  успокоились - так бывает, если бросить в воду камушек, - все отвели глаза.
  Никто не обращал на него внимания. Он почувствовал себя так, как будто
  прошел великое множество миль только для того, чтобы быть всеми
  отвергнутым.
   Какой-то голос произнес:
   - Нет ни одного свободного столика. - Они были еще настолько чужими
  друг другу, что он не узнал ее голоса, пока она не прибавила: - Пинки.
   Он обернулся и увидел Роз, собиравшуюся уходить; она была в потертой
  черной соломенной шляпе, в которой выглядела так, как, наверно, будет
  выглядеть, проработав двадцать лет и родив несколько детей.
   - Меня должны обслужить, - сказал Малыш. - Что они воображают, кто они
  здесь такие?
   - Нет ни одного свободного столика.
   Теперь все смотрели на них