рточки букмекеров: самодовольное
  улыбающееся сектантское лицо на желтом фоне - "Баркер примет вашу ставку",
  "Не беспокойтесь, я плачу"; среди чахлых платанов были разбросаны старые
  билеты тотализатора. Они прошли через проволочное заграждение на места
  стоимостью в полкроны.
   - Выпей стакан пива, Спайсер, - сказал Малыш, подталкивая его.
   - Вот это мило с твоей стороны, Пинки. С удовольствием выпью стаканчик.
  - И пока он пил у деревянных подмостков, Малыш оглядывал ряд букмекеров.
  Там были Баркер, и Макферсон, и Джордж Бил ("Старая фирма"), и Боб Тевел
  из Клептона, все знакомые лица, льстивые и фальшиво-приветливые. Первые
  два заезда уже прошли; у окошек тотализаторов стояли длинные очереди.
  Напротив, на другой стороне ипподрома, виднелась залитая солнцем трибуна
  лондонского конского рынка; несколько лошадей галопом мчались к старту.
   - Вон Генерал Бергойн, он просто неутомим, - сказал какой-то человек и
  направился к будке Боба Тевела, чтобы сделать ставку.
   Букмекеры стирали цифру выплаты и меняли ее, когда лошади проносились
  мимо финиша, словно боксерскими перчатками колотя копытами по дерну.
   - Думаешь много поставить? - спросил Спайсер, выпив пива и дохнув
  солодом в сторону букмекеров.
   - Я не играю, - ответил Малыш.
   - Это последний мой шанс в добром старом Брайтоне, - сказал Спайсер. -
  Ничего не случится, если я рискну парой фунтов. Не больше. Хочу сохранить
  свои деньги до Ноттингема.