ль прохода на будку, - ребята Тейта
  до сих пор еще не выставили цифру выплаты.
   - Тейт всегда медлит. Медлит и тогда, когда нужно платить. Получай-ка
  лучше свои деньги.
   Он подталкивал Спайсера, держа его за локоть.
   - А что, там ничего не случилось? - спросил Спайсер. Он взглянул на
  ожидающих людей. Они смотрели мимо него.
   - Ну что ж, прощай, - сказал Малыш.
   - Так не забудь же адрес, - повторил Спайсер. - "Голубой якорь", не
  забудь, Юнион-стрит. Напиши, что будет новенького, хотя вряд ли будут
  какие-нибудь новости, касающиеся меня.
   Малыш поднял руку, словно собираясь хлопнуть Спайсера по плечу, и снова
  опустил ее: группа людей стояла, сбившись в кучу, чего-то ожидая.
   - Может, и так, - сказал Малыш; он посмотрел вокруг: не было конца
  тому, что он начал. Порыв жестокости охватил его. Он опять поднял руку и
  хлопнул Спайсера по спине. - Желаю удачи, - сказал он высоким, ломающимся
  голосом подростка и снова хлопнул его по спине.
   Стоявшие группой люди как по команде подошли и окружили их. Малыш
  услышал, как Спайсер крикнул: "Пинки!" - и увидел, как он упал; кто-то
  поднял ногу в тяжелом, подбитом гвоздями сапоге; а потом Пинки
  почувствовал, как боль, словно кровь, побежала по шее у него самого.
  Вначале удивление было хуже боли (его как будто только обожгло крапивой).
   - Вы что, спятили, что ли? - закричал Малыш. - Ведь вам нужен не я, а
  он. - И, обернувшись, увидел,