рег он и тут же подумал с
  тупым безразличием, смешанным с отвращением (целый день он был как в аду):
  "Мне все-таки придется на ней жениться?.." Он выдавил из себя улыбку -
  мышцы снова становились послушными - и сказал: - Видишь ли, тебе незачем
  над всем этим задумываться. Я все-таки женюсь на тебе. Есть способы обойти
  закон.
   - А зачем нам соблюдать законы?
   - Не хочу никаких кривотолков. Меня устраивает только женитьба, -
  ответил он с напускным возмущением. - Мы поженимся по-настоящему.
   - Настоящим-то это не будет, что бы мы ни сделали. Священник в соборе
  Святого Иоанна... он говорит...
   - Нечего тебе попов слушать, - прервал он, - они не разбираются в жизни
  так, как я. Взгляды меняются, жизнь идет вперед... - Слова его разбивались
  о ее непоколебимую покорность. Лицо ее лучше слов утверждало, что взгляды
  никогда не меняются, что земля не движется - что она застыла на месте, что
  из-за этого разоренного пространства идет спор между двумя вечными
  началами - Добром и Злом. Они смотрели друг на друга, как обитатели разных
  миров, но, подобно воюющим сторонам на Рождество, они заключили временное
  перемирие.
   - В конце концов, тебе это все равно, - сказал он, - а я хочу
  жениться... по закону.
   - Ну, раз тебе хочется... - сказала она, кивнув головой в знак полного
  согласия.
   - Может, мы могли бы все устроить таким путем, - предложил он, - если
  бы твой отец написал письмо...
   - Он не умеет