точный желоб, окна с выбитыми стеклами, железная кровать в
  палисаднике величиной не больше стола. Половина участка района Парадиз
  была разворочена, как от бомбежки, дети играли на покатой куче булыжника,
  остатки очага напоминали о том, что здесь когда-то были дома; на столбе,
  вкопанном в развороченный гравий и асфальт, - щит, обращенный к грязной,
  разрытой дороге; на нем - объявление муниципалитета о новых квартирах -
  вот и все, что осталось от района Парадиз. Его дом исчез - яма между
  булыжниками, быть может, обозначала место бывшего очага, комната у
  поворота лестницы, та самая, где происходили субботние ночные забавы,
  теперь просто исчезла. Он с ужасом подумал: "Неужели это все опять будет
  построено для таких, как я... как пустое место оно выглядит лучше".
   Накануне вечером он отправил Роз домой и теперь неохотно тащился туда
  же. Не к чему больше бунтовать, придется жениться на ней, нужно обеспечить
  себе безопасность. Мальчишки с игрушечными пистолетами рыскали между
  кучами булыжника, группа девочек угрюмо следила за ними. Ребенок с
  железным обручем на ноге, хромая, налетел на него, он оттолкнул его прочь;
  кто-то пронзительно крикнул: "Уймите их!"... Эти люди вернули его мысли к
  прошлому, и он ненавидел их за это. То был словно зов его кошмарного
  детства, поры его невинности, но невинности здесь не было. Пришлось бы
  вернуться к самым истокам человеческой жизни,