л, рот его
  был слегка приоткрыт, в нем виднелся пожелтевший зуб с металлической
  пломбой... Повеселились... человеческая природа... никому не причиняет
  вреда... В настороженной, печальной, неудовлетворенной душе с точностью
  часового механизма возникали старые оправдания. Что может сравниться с
  порывом вожделения? Мужчины, правда, всегда подводят, когда доходит до
  дела. С таким же успехом она могла бы посмотреть все это в кино.
   Но вреда такое никому не приносило, этого требовала человеческая
  природа, никто ведь не мог назвать ее испорченной - может, просто слегка
  беспутной и легкомысленной, есть в ней немножко вольности, но нельзя
  сказать, что она, как некоторые, извлекает из этого выгоду, выжимает из
  мужчины все соки и вышвыривает его, как изношенную перчатку. Она знала,
  где Добро и где Зло. Бог совсем не против того, чтобы люди поступали, как
  требует их природа, он против того... Ее мысли отвлеклись от Фила,
  лежавшего рядом, к ее Миссии - творить добро, добиться, чтобы зло было
  наказано...
   Она села на постели и охватила руками круглые голые колени; в ее
  неудовлетворенном теле снова росло волнение. Бедный старина Фред - его имя
  больше не звучало ни горестно, ни возвышенно. Она помнила его очень смутно
  - только монокль и желтый жилет, совсем такой же, как у старого Чарли
  Мойна. Все это было несущественно, важна была охота за преступниками. Она
  чувствовала себя так,