- Быть приятелем Пинки небезопасно, - сказала Айда Арнольд. Кьюбит
  глядел в свой стакан, как ясновидящий заглядывает в душу, читая судьбы
  неизвестных ему людей. - Фред был приятелем Пинки, - затем добавила она.
   - Что вы знаете о Фреде?
   - Ходят разные слухи, - сказала Айда Арнольд, - все время ходят, разные
  слухи.
   - Вы правы, - согласился Кьюбит. Он поднял покрасневшие глаза; ему
  хотелось, чтобы его поняли и утешили... Он недостаточно хорош для
  Коллеони... с Пинки он порвал... Поверх ее головы, сквозь окна холла, он
  видел темноту, отступающее от берега море, разрушенную арку Тинтерн,
  всегда украшающую открытки, - пустыня. - Господи! - повторил он. - Вы
  правы. - У него появилась непреодолимая потребность излить душу, но в
  голове все перемешалось. Он знал только, что наступил момент, когда
  мужчине требуется, чтобы ему посочувствовали. - Я никогда не стоял за это,
  - сказал он. - Полоснуть бритвой - это ведь совсем другое дело.
   - Конечно, полоснуть бритвой - совсем другое дело, - мягко и искусно
  поддержала Айда Арнольд.
   - А с Кайтом - это несчастный случай. Они ведь только хотели порезать
  его. Коллеони не дурак. Просто у кого-то соскользнула бритва. Не было
  причин для злого умысла.
   - Выпьете еще?
   - Платить-то следовало бы мне, - стал оправдываться Кьюбит, - да у меня
  в кармане пусто. Пока не увижу ребят.
   - Вы молодец, что вот так взяли и порвали с Пинки.