ене была прислонена швабра.
  По скользкому полу соседнего коридора скрипели шаги какого-то клерка.
  Вскоре открылась большая коричневая дверь, и они увидели за ней целый ряд
  клерков, не поднимавших головы от своих бумаг; в коридор вышли
  новобрачные. За ними следовала женщина, она взяла швабру. Новобрачный, он
  был средних лет, сказал "спасибо" и протянул ей шесть пенсов.
   - Мы еще, пожалуй, успеем на три пятнадцать, - обратился он к
  новобрачной.
   Лицо новобрачной выражало робкое удивление, она была смущена, но нельзя
  было сказать, что разочарована. На ней была коричневая соломенная шляпка,
  в руках саквояж.
   Она тоже была уже немолода. Вероятно, в этот момент она думала:
  "Только-то и всего, после всех этих лет".
   Они спускались вниз по огромной лестнице, держась несколько поодаль
  друг от друга, как чужие люди в универсальном магазине.
   - Наша очередь, - проговорил Друитт, вскакивая.
   Он повел их через комнату, в которой работали клерки. Никто даже и не
  взглянул на них. Перья пронзительно скрипели, бегая по бумаге и выводя
  цифры. В маленькой задней комнате со стенами, выкрашенными, как в
  больнице, в зеленый цвет, где стоял только стол и у стены три или четыре
  стула, их ждал регистратор. Роз совсем не такой представляла себе свадьбу;
  казенная бедность гражданского бракосочетания на миг обескуражила ее.
   - Здравствуйте, - сказал чиновник, - пусть свидетели присядут... а