шали, как Дэллоу кричал в телефон голосом, звенящим от
  возбуждения.
   - Это ты, Джонни? Что это было? Неужели?.. Ну да, мы же с тобой
  встретимся попозже. Конечно, ты получишь свои деньги.
   Он стал подниматься наверх, на обычном месте ступеньки заскрипели... По
  его круглому, невыразительному, добродушному лицу сразу было видно, что
  новость хорошая, - оно напоминало рыло борова, наевшегося до отвала.
   - Ну чудно, - сообщил он, - чудно. Могу теперь признаться, я начал было
  тревожиться. Но он уже на пароходе, а пароход отчалил от пристани десять
  минут назад. Надо это отпраздновать. Клянусь богом, ты голова. Пинки. Все
  обмозговал.
  
  
   Айда Арнольд выпила уже больше двух бутылок пива. Сидя над своим
  стаканом, она тихо напевала: "Той ночью в аллее лорд Ротшильд мне
  сказал..." Рев волн, бурлящих под молом, напоминал звук льющейся в ванной
  воды; от этого ее мутило. Она сидела, как одинокая скала... Никому в мире
  не приносит она вреда... кроме одного человека. Мир - неплохое местечко,
  если ни в чем не уступать. Она была, как триумфальная колесница, за
  которой следовали несметные войска; правое дело есть правое дело; око за
  око, зуб за зуб; хочешь чего-нибудь добиться - действуй сам... К ней
  приближался Фил Коркери, за его спиной сквозь большие стеклянные витрины
  кафе виднелись огни Хоува; зеленоватые медные купола "Метрополя" словно
  плавали в волнах угасающего света, а сверху на