лился в "яблочко", затем умышленно
  сдвинул дуло и выстрелил. "Он был чем-то взволнован", - так скажет на
  следствии свидетель, промелькнуло у него в голове.
   - Что это с тобой сегодня творится? - воскликнул хозяин тира. - Ты едва
  попал в мишень.
   Малыш положил ружье.
   - Нам нужно подышать свежим воздухом. Хотим прокатиться за город.
  Спокойной ночи. - Он педантично сообщал все эти сведения, делая это так же
  тщательно, как заставлял раскладывать карточки убитого Фреда по всему
  маршруту, - для дальнейшего. Повернувшись спиной, он даже добавил: -
  Поедем по дороге на Гастингс.
   - Не желаю я знать, куда вы поедете, - проворчал хозяин тира.
   Старый "моррис" стоял невдалеке от мола. Стартер упорно не действовал,
  пришлось крутить ручку. Малыш минуту помедлил, с отвращением глядя на
  старую машину, как будто в ней воплощалось все, что может дать рэкет.
  Затем сказал:
   - Прокатимся туда, куда ездили в тот день. Помнишь? Автобусом. - Он
  снова произнес это так, чтобы услышал хозяин тира. - До Писхейвена. А там
  выпьем.
   Они объехали вокруг "Аквариума" и на второй скорости со скрежетом
  взобрались на холм. Одна рука Малыша была в кармане, он нащупывал клочок
  бумаги, на котором она написала свое послание. Брезент хлопал от ветра, а
  потрескавшееся грязное ветровое стекло мешало ему видеть дорогу.
   - Скоро дождь польет как из ведра, - заметил он.
   - А мы не промокнем под этим брезентом?