чку "Для джентльменов". - Мне нужно пойти...
  помыться.
   Она заметила, что в кармане у него лежит что-то тяжелое... Так вот как
  это будет.
   - Напиши еще что-нибудь, пока я хожу, - сказал он. - Вот тебе карандаш.
  Скажи, что ты не можешь жить без меня, ну что-нибудь в этом роде. Нам
  нужно сделать все по правилам, как это всегда делается.
   Малыш вышел в коридор и позвал Пайкера, тот указал ему, куда идти, и он
  стал подниматься по лестнице. У статуэтки он обернулся и посмотрел на
  обшитые панелями стены бара. Такие минуты обычно запечатлеваются в памяти
  - ветер на конце мола, кафе Шерри и певец, свет фонаря, падающий на
  молодое бургундское, торжество обладания в тот момент, когда Кьюбит
  ломился в дверь. Малыш обнаружил, что вспоминает все это без отвращения;
  ему показалось даже, что где-то внутри у него, словно нищенка у безлюдного
  дома, шевельнулась нежность, но привычка ненавидеть сковывала его.
  Повернувшись спиной к бару, он стал подниматься по лестнице. Он говорил
  себе, что скоро опять будет свободен... Найдут записку... Он ведь не мог
  знать, что она так отчаялась из-за того, что он сообщил ей о необходимости
  расстаться; должно быть, она нашла пистолет в комнате Дэллоу и захватила
  его с собой. Конечно, проверят отпечатки пальцев, и тогда... Он посмотрел
  сквозь окно уборной: невидимые волны бились под утесом. Жизнь потечет
  дальше. Ни до кого ему больше не будет дела, переживания