ушай моего совета, Пинки, объединись с Коллеони.
   Вдруг Малыш взмахнул рукой и полоснул лезвием бритвы, спрятанным у него
  под ногтем, по щеке Бруера. Хлынула кровь.
   - Не надо, - крикнул Бруер, - не надо! - Он попятился к буфету, уронив
  коробку с печеньем. - У меня есть защитники. Поосторожнее. У меня есть
  защитники.
   Дэллоу опять налил виски Бруера себе в стакан.
   - Посмотри-ка на него, - сказал Малыш, указывая на Бруера. - У него
  есть защитники.
   Дэллоу плеснул в стакан содовой воды.
   - Может, хочешь еще? - спросил Малыш. - Это я только показал тебе, кто
  тебя защищает.
   - Я не могу платить вам обоим, Пинки. Ради бога, отступись.
   - Мы пришли за двадцатью фунтами, Бруер.
   - Коллеони выпустит из меня кровь, Пинки.
   - Можешь не беспокоиться. Мы защитим тебя.
   "Кхе, кхе, кхе", - продолжала кашлять женщина наверху, а потом
  послышался тихий плач, как будто во сне хныкал ребенок.
   - Она зовет меня, - сказал Бруер.
   - Двадцать фунтов.
   - Я не держу здесь деньги. Пусти меня, я схожу, принесу.
   - Иди с ним, Дэллоу, - сказал Малыш. - Я подожду здесь.
   Он сел на резной стул с прямой спинкой, какие бывают в столовых, и
  устремил взгляд на глухую улицу, на урны для мусора, стоявшие вдоль
  тротуаров, на широкую тень от железнодорожного моста. Он сидел совершенно
  спокойно, и по его серым, совсем стариковским глазам нельзя было прочесть
  того, что он чувствовал.
   Поставлено широко...