ривлечь внимание как шакалов
  из семейства взяткоядных с полосатыми палками наперевес, так и прочих
  деятелей от правопорядка. Во-первых, Петр проложил маршрут так, чтобы
  просто-напросто стороной объехать излюбленные точки гаишных засад. Лях с
  ним, что длиннее выходило раза в полтора - чай, не батю родного везет, а
  какого-то хмыря с насквозь криминальным уклоном. Загнется - честные люди
  только спасибо скажут.
   Во-вторых, когда никак не получалось обойтись без оживленных трасс,
  Петр ехал по ним с пенсионерской скоростью. Как какой-нибудь затюканный
  жизнью и властями интеллигент на подержанной "Оке". Этакая "молодецкая"
  езда тоже здорово увеличивала шансы бандитского человека не добраться
  живым до больнички. Но человек вроде бы ни о чем подобном не
  подозревает, вроде бы он надежно пребывает в счастливом отрубе...
   Петр то и дело поглядывал в зеркало на покачивающуюся в такт езде
  темную бесформенную груду на заднем сиденье. Иногда до скрипа в костях
  выворачивал голову, просовывал ее в просвет между креслами и пристально
  вглядывался в завалившегося набок пассажира. И никак не мог разобрать,
  жив еще курилка или уже отправился в края вечной охоты. Дышит, не дышит
  - поди разгляди...
   И тут сладкой песней сзади прозвучал стон.
   Насчет того, чтобы, выкинуть седовласого бандюка в кювет, если тот и
  вправду загнется, - это Петр, конечно, погорячился, брякнул, не
  подумавши как следует. Ведь этот варнак в пальто, сволочь, напел в
  мобильную "трубу" и про такси. Может, кстати говоря, не без умысла
  напел. Теперь, случись что, его уголовные дружки (а это тебе не менты
  тупоголовые) найдут в два счета и нужный таксомотор, и нужного таксера.
  Того самого таксера по имени Петр Гриневский, чью машину леший, дорожный
  или