вия уже готовое для суда дела. Охота им его
  разваливать? Ясно, нет.
   С другой стороны: что получится? Получится, я сдал Пугача, видимо,
  весьма влиятельного человека в том мире, и одного из его подручных. И
  это мне аукнется уже в камере СИЗО, а ее мне, чего уж там тешить себя
  иллюзиями, всяко не избежать. Под подписку о невыезде никто меня не
  выпустит.
   Значит, я окажусь между молотом и наковальней, в состоянии войны на
  два фронта.
   Но не признаваться же мне в убийстве, которого не совершал? Не
  признаваться. Значит, надо найти объяснение каждому из фактов. Итак...
   Перстень я нашел. В салоне своей машины, вернувшись в таксопарк.
  Обронил кто-то из пассажиров, кого возил за смену. Я подобрал, присвоил,
  захотел продать, немного разжиться деньгами.
   Кровь на заднем сиденье? Да, помнится, вез пассажира с забинтованной
  рукой, бинт был весь в крови, вероятно, с него и натекло. Группа крови
  совпадает, эка невидаль. Чехол? Да, заметил кровь, решил не пугать
  пассажиров и выкинул его...
   Врешь, бля, еще поборемся!"
   - Вы, конечно, думайте, - напомнил о себе следак. - А чтоб лучше
  думалось, я вот что вам подскажу. Явку с повинной, конечно, оформлять
  поздно, но зато вы можете написать чистосердечное признание. Потом на
  суде искренне раскаятесь в содеянном, упирая на то, что действовали не с
  заранее обдуманными, а в состоянии аффекта. Сошлетесь на безденежье, на
  семейные неурядицы. Вы же в армии служили. Может быть, когда-нибудь были
  ранены или контужены? Это хорошо обыгрывается. Дескать, иногда случаются
  приступы, мозг словно заволакивает пеленой.
   И получите по низшей планке. А иначе и пожизненное можно схватить.
  Вам это надо? Так что давайте сотрудничать, уважаемый Петр
  Григорьевич...