думал о том, что вот так вот, без движения, стоять час или
  больше, наверное, невыносимо, и ему тоже придется мучиться, когда он
  станет офицером, чего, кстати, не хочется до усрачки...
   До финской войны тридцать девятого года дед, в общем-то, ничем
  героическим не отметился, просто честно служил: сначала на Дальнем
  Востоке, потом в Туркестане и, наконец, в ЛВО. Прошел путь от
  батальонного до полкового комиссара. В первые самые тяжелые для Красной
  армии дни "зимней войны" танковый батальон, в котором находился в тот
  момент комсостав бригады, включая полкового комиссара, попал в
  окружение. Батальон был изничтожен практически подчистую - лишь деду
  удалось вывести из-под огня и увести на лыжах в леса горстку людей. Эту
  горстку он превратил в летучий отряд, который боролся с финскими
  разведчиками и терзал позиции финской армии наглыми вылазками. После
  того как отряд вернулся в расположение Красной армии, дед вынужден был
  отчитаться не только перед своим командованием, но и перед органами
  НКВД...
   Вопреки огульным обвинениям, которые выкрикивали, брызгая слюнями, в
  годы перестройки бородатые демократы, органы безопасности при "отце
  народов" занимались не одними лишь беззакониями и репрессиями - они еще
  и работали. И профессионалов в органах хватало.
   Причем профессионалов крутейших, каких после этого никогда уж не
  делали... Так вот деда никуда не посадили и не сослали. Его взяли в
  работу, посчитав, что политработников и без него хватает, зато позарез
  нужны сильные и толковые офицеры для проведения спецопераций на
  территории врага. В НКВД тогда формировали спецотряд для выполнения
  задач особой сложности - то есть, на сегодняшний манер говоря, создавали
  спецназ.