Второе кресло пустовало.
   - Однако, - негромко прокомментировал Геннадий. - Чего только в тайге
  не найдешь...
   Он потыкал носком сапога порог - не провалится ли - осторожно
  поднялся и скрылся в салоне. Самолет качнулся со скорбным скрипом.
   - Там змеи могут быть, господин археолог! - запоздало предупредил
  Карташ. И добавил вполголоса:
   - Любят они такие укрытия...
   - Гляди-ка, начальник, - Гриневский аккуратно, чтобы не потревожить
  кости, колупнул пальцем обшивку кресла под черепом, и на ладонь ему
  упала какая-то металлическая хреновинка. - А здесь весело было...
   Алексей наклонился поближе. Пуля. Пистолетная пуля, немного
  деформированная... И только теперь он заметил, что в отвалившейся дверце
  имеют место несколько аккуратных дырочек. Стреляли явно снаружи.
   - Чудны дела твои, господи, - в кабине показался "аспирант" с
  расползающимся от дряхлости холщовым мешком, спрыгнул вниз, бухнул мешок
  на землю.
   Мешок развалился окончательно, и на прелую хвою веером разлетелись
  пачки красных купюр в банковской упаковке. Старые "червонцы".
   - И таким добром там - весь салон набит, - сообщил "археолог",
  отряхивая ладони.
   - Мама моя, - Маша наклонилась, осторожно взяла пачку, - это сколько
  ж здесь?
   - Старыми - миллиона на два, - усмехнулся Гена, - а по нынешним
  временам - даже на антиквариат не сгодятся. Гнилые к тому же...
   - Интересное кино... - Алексей поднял воротник бушлата. - Что ж его,
  самолет этот, получается, сбили?
   - Не факт, - возразил Гриневский. - Мог и сам шмякнуться. А мог и
  напарничек этого, костлявого, принудить сесть. Второе-то кресло ведь
  пустует, а по одному никто не летает...
   - А почему тогда второй деньги не забрал? - тихо спросила Маша.
   Таксист пожал