ыло не знать, сколько там гранат, когда именно при
  нем Геннадий инструктировал Машу, как правильно привести в действие
  опасную игрушку и произвести бросок по условленному сигналу - поднятый
  автомат!
   И теперь, как чаще всего и случается в реальных противостояниях, а не
  в киношных, служащих единственно для увеселения зрителей схватках, все
  решали мгновения.
   Взрыв заставил урок повернуть головы, заставил инстинктивно
  пригнуться. То есть - на мгновенье отвлечься... А как уже было сказано,
  решали именно мгновения.
   И эти мгновения вдруг растянулись в бесконечность, застыли... Только
  потом Карташ вдруг с удивлением обнаружил, что на весь бой ушло не
  больше двадцати секунд...
  
  ***
  
   ... Когда Гриневский поднял автомат, Алексей скинул веревки,
  обвивавшие его запястья в чисто декоративных целях, и выхватил заткнутый
  сзади за брюки пистолет. А когда шарахнули гранаты, поднял оружие,
  намереваясь первым выстрелом снять Пугача.
   Однако Пугача за столом уже не было. Волчара не клюнул на
  отвлекалово. Верхним чутьем или чем-то там еще он сходу, на лету, почуял
  беду. И вместо того чтобы вращать головой и пригибаться, бросился под
  стол.
   И Алексей тут же сменил цель. В его секторе обстрела, помимо Пугача,
  находились еще двое, и один из этих двоих, черноволосый, похожий на
  кавказца, совсем близко от Карташа. Когда взорвались гранаты, кавказец
  двигался аккурат к Гриневскому - видимо, чтобы подобрать автомат,
  который тот грозился бросить на землю. Так что Карташу, от нечего делать
  частенько тренировавшемуся на пустыре за собачьим питомником в стрельбе
  по бутылкам, снять неподвижную цель одним выстрелом особого труда не
  составило. А вот на поражение второго уголовника, увы, ушло три